Я играю не руками, а сердцем


15:32, 24  июля  2012
Я играю не руками, а сердцем

Идет по городу в капитанской фуражке бородатый добродушный человек. Идет, слегка раскачиваясь, словно по палубе огромного корабля. В правой руке крепкий, явно не для щегольства, деревянный посох. Но его несколько морская походка не для равновесия, каждый шаг – это раскачка мира, это подспудное желание не дать миру успокоиться, превратиться в безжизненное каменное плато. Мир призван к творческой радости, к свободе и великодушию.

Так считает герой сегодняшней встречи – юбиляр Вадим Анатольевич Афанасьев. Ему 19 июля исполнилось 70 лет! Он младше Кировского театра кукол всего на 7 лет, и душа его молода, творческие силы неиссякаемы, и 70 летний юбилей - всего лишь еще один повод к свободной раскачке мира, к пробуждению его к «добрым чувствам и» и «милости к падшим».

Жизнь и судьба Вадима Анатольевича неразрывно связаны с Кировским театром кукол. Более 35 лет он проработал в нем, отдавая театру все свои силы, таланты и художественные прозрения! Заслуженный мастер, обладатель многочисленных дипломов и наград Всероссийских и международных конкурсов и фестивалей, заслуженный артист РСФСР, Вадим Афанасьев поставил на сцене Кировского театра кукол около сотни спектаклей. Более двадцати лет до 1999 года он по праву занимал кресло главного режиссера театра.

Уважение заслуженное, театрально-художественный опыт колоссальный. Накануне юбилея в теплой домашней беседе Вадим Анатольевич ответил на многие непростые вопросы о театре и профессии актера. Это был теоретический мастер-класс, глубоко чувствующего и думающего режиссера, одна из ярких граней его творческого кредо. Публикуем часть беседы с Вадимом Афанасьевым – известным подвижником Вятской культуры.

- Вадим Анатольевич, осознаете ли Вы свое место в истории культуры Вятского края?
- И рад бы не осознавать, да внучка не дает! Зову ее с собой прогуляться, не идет. Уговаривать приходится. С тобой, говорит, дедушка, невозможно спокойно пройтись. Все люди с тобой здороваются, на каждом перекрестке разговоры заводят. А как же иначе? Я ведь всю жизнь в Вятке прожил, почти 40 лет в Кировском театре проработал, мне каждый человек до сих пор интересен и не важно какое место он занимает в истории культуры малой Родины. В прошлом году мне дали награду-звание «Вятский горожанин». Не по разнарядке, не по рангам и чинам. Это само общество отметило, воля народа была. Так к этому отношусь. Быть может для кого-то слишком патетически, но это мое право. Народное звание «Вятского горожанина» дороже мне, чем орден! Возможно, это не скромно, но я имею полное основание назвать себя мастером!

- Что для Вас важней накануне юбилея: рассказать о своем прошлом или поделиться своими мыслями о современном театре?
- Я не отрекаюсь от прошлого. И его вспомнить накануне юбилея будет похвально. Обо мне писали много, да больше все о творчестве. Пусть так и останется в юбилей. Поделюсь лучше своими мыслями о театре. Я живу театром и никогда с ним не расстанусь.

- Что предпочтительней для Вас на сцене: сказка или реальность?
- Разноплановость, прежде всего! Все жанры хороши. В каждом из них художник может сказать что-то заветное и главное о жизни и о себе. Помощь сказочной щуки – это замечательно, но волшебство не поможет рассмешить Царевну-несмеяну. Ты сам должен это сделать, своими человеческими силами без всяких чудес. Действуй и не трусь!

- Театр кукол для детей или для взрослых?
- Театр для всех, он не детский и не взрослый. Поэтому для меня одинаково важен каждый человек, пришедший в театр. Бывает, что из зала во время спектакля выходят люди. Для меня это катастрофа. Я часто подходил, спрашивал: почему ушли? Что не понравилось? Делал выводы, учился понимать зрителя, его надежды, его не сиюминутные желания. Я так еще замечу. Со взрослым зрителем надо говорить серьезно, честно и откровенно. А с детьми тем более! Дети фальши не прощают!

- Расскажите о Вашем опыте взаимовлияния куклы и актера-кукловода. Тут, говорят, много профессиональных секретов. Нет ли какого-то темного давления со стороны куклы? Вот, например, недавний фильм «Бобер» с Мэлом Гибсоном весьма неоднозначно показывает отношения куклы и человека. Куклы превращаются в маленьких монстров, люди становятся марионетками, гомункулы и франкенштейны, мстящие своему создателю, ходячие глиняные мертвецы, фарфоровые девочки-чудовища – модная сегодня тема! Современное искусство ее активно осваивает.
- Вот моя живая формула искусства! (С этими словами Афанасьев поднимает правую руку высоко вверх).
- Лежит кусок материи – это кукла! Она мертвая, бездушная! Я беру ее в руки, и она оживает. Я не руками, я сердцем играю! Моя душа словно переходит в куклу. Кукла поэтому никогда против меня не пойдет! «Зомби» это не про меня. Моя кукла – против всяких ужасов. У меня свободная душа, я не буду никогда художественными кошмарами калечить детские души. Конечно, место для фантазии ребенку нужно оставлять, воображение должно у него работать, но в добрую сторону.

- Куклы – особый путь в истории человечества. Первый театр кукол - это древние мистерии из жизни богов. Была ли у Вас какая-нибудь таинственная история спасения куклой?
- Была, была, только не тайная, а самая обыкновенная, но, тем не менее, примечательная! В этой истории кукла по настоящему спасла от «голодной смерти» весь театральный коллектив на областных гастролях. Однажды мы крепко застряли в непогоду на проселочной дороге вдалеке от одного районного центра. Водитель нашего театрального грузовичка пошел за трактором, а мы остались ждать избавления. Шел дождь, мы заскучали, продрогли, проголодались. Припасов у нас с собой никаких не было. Вдруг один из актеров вспомнил: «Вадим, у тебя ж есть в реквизите бутыль с манной крупой!» Действительно таковая имелась. В спектакле «Котик-мотик», с которым мы объезжали родные просторы, был эпизод: ненасытная ворона, поглощая 3-х метровую гирлянду бутафорских сосисок, запивает ее молоком. Я долго подбирал вещество для «молока», лучше всего подошла обычная манка. Вот ее-то, использованную десятки раз в спектакле, так сказать заряженную энергией творчества, мы и высыпали в шоферский котелок. Воду взяли дождевую. Соль нашлась. Паяльной лампой нагрели котелок и сварили густую походную кашу. Все наелись до отвала, а тут и помощь подоспела. И такие «таинственные» истории на гастролях были не редкость. Вы говорите мистерии, чудеса. Для меня чудо, когда дети выходят после спектакля притихшие, с обновленным сердцем, с ясными глазами. Так, например, было после спектакля «Каштанка» по Чехову.

- Расскажите подробней об этом спектакле. Великий Образцов говорят, видевший Вашу постановку в 1981 году сказал, что Вы перевернули его представление о «Каштанке». Об этом писали в «Кировской правде» за 1998 год. Это правда?
- Да, все было именно так. Образцов в свое время тоже ставил это Чеховское произведение, но спектакль провалился. Мастера тоже ошибаются. В нашей работе это нормально. В чем была его ошибка? Он соединил в спектакле два совершенно противоположенных по настроению рассказа. Один был сатирический «Хамелеон», а другой «Каштанка - пронзительно-лирический. Получилось нескладно. Образцов даже в своей знаменитой книге написал, что поставить это Чеховское произведение в театре кукол невозможно. Когда он приехал в Киров на творческую всесоюзную лабораторию, то спросил у меня перед просмотром:
- Что будем смотреть?
- «Каштанку»!
- Вы что книг моих не читали?
- Читали! Но ведь плох тот ученик, который не стремится превзойти своего учителя.

Образцов промолчал. Но, посмотрев спектакль, признался:
- Я не могу сейчас переписать свою книгу, но если бы мог – переписал бы!
Многие плакали на финальной сцене спектакля. Плакал и Сергей Владимирович Образцов. Для меня слезы великого кукольника незабываемы. Значит можно ставить Чехова, и замечательно получается.

- И последний традиционный вопрос: что пожелаете Кировскому театру кукол на будущее?
- В новом здании открыть новую творческую эпоху! Побольше спектаклей, выверенных умом, художественной интуицией и многолетним опытом!

Беседу записал А.Н. Кононов

Поделиться:
Facebook

Комментарии

Загрузка комментариев...

Читайте также

Фильмы сегодня